Шенебек-на-Эльбе — город в Саксонии-Анхальт. 33 тысячи жителей (совсем не так мало, собственно). На приавтобанных щитах с достопримечательностями (гениальная штука, все-таки! хотя я, наверное, один из очень немногих, кто так считает) вывешен Бад-Зальцельмен, который на поверку оказался районом Шёнебека.
Так или иначе, в один прекрасный день я съехал с автобана и пошел смотреть.
Бад-Зальцельмен. Вокзал.

В городе есть неебического размера градирня. Что-то эти штуковины попадаются мне в последнее время почти что слишком часто (привет,
Бад-Дюрренберг,
Бад-Зальцуфлен — тоже привет).
Градирня — сооружение эффектное, но когда начинаешь его фотографировать, мысли кончаются очень быстро. Так что ноу комментс:

Вспоминаем матчасть: Sole — по-русски «рапа» — водный раствор каменной соли, который выкачивают из-под земли.

Построена около 1760-го; изначальная длина была 1837 метра. Охуеть. Это только чтобы соль добывать.

Обратная сторона градирни — как водится — какой-то повышенной пользительности парк. Башня вся в лесах.

И в этом я узнал очертания той штуки, которая нарисована на щите при автобане. Да-да, с этим дурацким фонтанчиком впереди. Какие-то, типа, купальни. Честно говоря, ни одно из нижеследующих строений не произвело на меня особо оживленного, так сказать, впечатления. Может, их и открывают на полчаса в день для местных курортников, но это не бани в
Баден-Бадене; к этому надо как-то иначе относиться.

С приветом номер раз.

Источник.

Курортно- о! я подходящее русское слово вспомнил! —«санаторий»! Так вот, санаторные постройки.

Среди указателей на достопримечательности есть указатели на вокзал и на аптеку. Это как-то связано? :)

Это, значит, я вышел из этого санаторного парка и попал в сам, так сказать, этот район. В ту его часть, где люди живут. До центра топать чуть-чуть далеко. Поэтому я решил сделать круг почета, вернуться через парк к машине, и поехать дальше на ней.
Значит, признаки города минимальны. Ну, мощеные улицы. Но так это больше похоже на деревню.

Деревянные балкончики. Гы.

Опять в парк.

Опять градирня.

Камень в честь кого-то.

Градирня — это наредкость неэстетичное зрелище вблизи.

А вот и центр этого Бад-Зальцельмена. Ну че...

Зальцланд музеум маячит. Этот регион называется Зальцланд («Соляная земля»), потому что тут, собственно, много месторождений соли и это традиционный для этих мест промысел. Центральный тематический музей расположен здесь.

О, сектанты!

Музей...

Сектанты...

В этом городе как-то слегка есть еврейская тематика... То ли бывшая синагога... Короче, какое-то пенсионерское жилье от какой-то благотворительной организации... Не спрашивайте меня... Но, короче, есть что-то вот такое.

Так вот музей, да. Кстати, до
святыни в Пёммельте отсюда — километров десять. В музее есть какая-то информация о ней. Картинки вот есть.

Центральная площадь.

Перед музеем,

оказавшимся бывшей ратушей, и имеющим такие дикие часы работы, что так просто я в него не попаду.

Дополнительное объявление (примечательное, кроме всего прочего, верхней границей расстояния, которое нужно соблюдать из-за вируса — 2 метра) гласит, что с 7-го июня музей не работает по воскресеньям.

Таки да, это бывшая ратуша.

Круг почета. Аптека.

Опять музей-ратуша.

Очень провинциальный бывший город.

Зато церковь, бля, еле в телефон влезает.

Дом со следами многочисленных изменений.

Только травести-шоу не хватало.

Один миленький фахверк на весь Бад-Зальцельмен.

С приветом!
По причине моего чрезвычайного интереса к
святыне в Пёммельте этот самый музей тихонько свербил у меня где-то под хвостом, пока я в него, всё-таки, не попал.
Музей называется Salzland Museum. То есть, музей краеведения этой вот области, которая в переводе на русский язык, называется
Соляная земля, потому что тут добывали соль.
И через это место течет Эльба.
Так что, кроме ископаемых кусков деревянного водопровода, нас ждет много соли и Эльба.
И — отдельной статьей — святыня Пёммельте.

Засоленная рыба, нямка.

Разная соль. Ее можно тут понюхать.

Концептуальное мебельное искусство. Задача — сделать мебель, чтобы она ассоциировалась со святыней в Пёммельте.

Полный трэш и угар. О спинку такого стула хорошо свитер рвать, наверное.
Но чисто визуально — да! остроумно!

Что это тут делает?

Внутренности корабля даже выставлены.

На этой двери многообещающе нарисована святыня.

За ней — опять концептуальная мебель. На этот раз скамейка.

Археолог ковыряет тросточкой грунт. Интеллектуально.

Хронология

О! Обожаю эту хреновину!
Длинные дома (longhouse — это официальный научно-исторический термин), в которых жили те доисторические семьи в то время.

Срез ям, в которые сбрасывали результаты ритуальной работы. Потом прикрывали их жертвами и засыпали землей. А потом — лет через 300 — могли сверху еще чего-нибудь подложить.
Это — важно. Я в святыне видел, что места этих закладок были отмечены, но до этой схемы не представлял себе ясно и в лицах, так сказать, что же там было найдено. Теперь представил.

Лестница легко кивает в сторону не то классицизма не то югендстиля, но не шикарная.

Показывают киношку.
Из нее можно узнать, что именно увидели люди, что смогли найти это место при аэрофотосъемке.
Если в правильный момент полетать над таким местом, то из-за наличия в земле сгнившего дерева и пепла, растительность на поле может иметь другой цвет (быть зеленее, например, потому что она удобрена этим пеплом). Это работает даже через тысячи лет, что интересно. И можно натурально увидеть круги.

В километре от святыни была найдена еще одна круговая хрень размером поменьше. Ее сейчас (состояние 2025) еще раскапывают. Посмотреть пока нельзя.

Вот так жили люди там вокруг в своих длинных домах.

С приветом!
Сам Шёнебек, к которому Бад-Зальцельмен приписан формально-административно, отделяет от него широкая длинная проезже-жилая дорога.

А вот и сам Шёнебек.

На углу какой-то ресторан. Вдалеке — какая-то башня.

Да, это уже повеселее.

Башня — «Соляная башня» — часть городского укрепления, от которого уже ничего не осталось.

Ратуша. Милая.

Площадь возле нее.

А! В этом доме родился Вернер Тюбке, автор того самого глобального полотнища 140 на 11 метров или там сколько, которое в
Бад Франкенхаузене висит.

Это почти как памятник влюбленным в Саратове, но только в 300 раз лучше (и больше).

Набережная.

Эльба.

Ну че.

Город эстетически вполне. Скучен ужасно. По самому духу и по наличию Эльбы это такой город-дополнение к Магдебургу.

Каковым, собственно, Шёнебек и является. До Макдака отсюда ехать минут двадцать.

Спуск к воде.

Чего-то тут в Эльбу не то вливается, не то из нее изливается.

Какой-то псевдо-остров, на котором раньше была эта... Saline... штука для выпаривания соли.

Теперь ничего не осталось. Только парк.

Ну, парк.

Который кончается выходом в какой-то индустриальный трэш. Это квартара три до центра.

Церковь.

Улочки.

И... Та же ратуша.

Памятник жертвам фашизма.

Таблички с именами живших тут евреев. Редкий случай. Первый погиб в Освенциме, трое выжили в Южной Африке.

Было мило.

С приветом!